ИНВЕСТОРАМ!!!



 
 

"БЕССМЕРТНЫЙ ЛЕНИНГРАДА"

( раб. название"ТРАФАРЕТ ВЕЧНОСТИ")

ОТРЫВКИ ИЗ ТРИЛОГИИ "ФЕНИКС"

ГЛАВЫ:     1    2    3    4 

Федор ехал по городу в ужасном настроении. Проконтролировав, как прооперировали Леонида, Федор бросился искать Всеславу и, к своему ужасу обнаружил, что ее утащили вампиры. Он тут же начал звонить и выяснять, ко мог содеять подобное, но выяснил только, что вампиры эти дикие, к Матери Тишины отношения не имеющие. Она сама взяла трубку и, немного помявшись, призналась, что ее уже месяца три беспокоит ситуация с детьми. Что-то происходит, неведомое даже ей. Федор обругал ее на чем свет стоит и, напоследок сказав, что в сложные времена не до ложной гордости, отключился. Теперь оставалось только ждать.

Что бы хоть немного развеяться, Беляев поехал кататься по городу и как-то сам собой очутился в закрытом элитном районе. Поворачивая направо, Федор увидел трех кошек, сидящих у стены дома и внимательно рассматривавших всех, кто проезжал по дороге. Федор затормозил и открыл пассажирскую дверь:

- Эй!

Кошки, как одна, посмотрели на него.

- Ну? – спросил Федор.

Кошечки, казалось, только и ждали подобного приглашения – молниями метнулись к машине и уселись на переднее сиденье, как маленькие статуи, вновь пристально глядя на Федора.

- Поехали, - кивнул Федор, закрыл дверь и тронулся с места. Он держал путь на Моховую, в огромную четырехкомнатную квартиру, про которую не знал никто, даже Кузьма. 

Кошки улеглись на сиденье, каждая на свой лад, и явно приготовились к приятной и долгой прогулке. Федор решил их не разочаровывать. Заехав по пути в супермаркет,  он накупил фруктов, вина, конфет, паштетов, сыра, мяса, еще каких-то мелочей. Эти мелочи заняли половину заднего сиденья. Когда он вернулся из магазина, кошечки уже сладко спали, свернувшись в один разноцветный клубок. Федор усмехнулся и продолжил путь. Приехав на Моховую и припарковав машину, он легонько ткнул меховой клубок и вышел из машины. Пока он забирал сумки и закрывал машину, кошки вертелись у его ног.

Федор вошел в квартиру и впустил своих «гостей». Закрыл дверь в квартиру и прошел на кухню. Кошки за ним не пошли. Раскладывая еду в холодильнике, он услышал, что в ванной потекла вода и, улыбнувшись, кивнул головой.

Завершив свои дела на кухне, Федор сбросил пиджак и пошел в ванную, откуда уже начал доноситься женский визг. Ванная – большая комната с венецианским окном, выложенная светло-зеленой, под нефрит, плиткой, сверкала и переливалась в солнечных лучах. В огромной джакузи, способной вместить в себя шестерых (Федор знал об этом доподлинно), никого не было. Зато  в душе лилась вода и раздавались звуки веселой возни. 

Федор открыл дверцы душа. Там, под струями воды, играли три высокие молодые женщины с великолепными юными телами. Увидев их, Федор протяжно застонал. Сегодняшняя находка оказалась еще более удачной, чем он рассчитывал. Девицы, увидев Федора, устроили ему маленькое шоу – три красавицы стали ласкать себя и брызгаться водой друг на друга.

Они были очень похожи друг на друга – высокие, статные, каждая с пышной чувственной грудью, тоненькой талией и крепкими округлыми бедрами. Цвет волос, под струями воды, было не разобрать, но, кажется, все три были рыжеватые, разных оттенков. В их лицах было что-то общее, сходство усиливали чувственные алые рты без малейших признаков помады и огромные кошачьи глаза, зеленые и блудные.

Содрав с себя одежду, Федор вступил в душ, под горячие струи воды, в объятия не менее горячие, но гораздо более приятные. Три пары рук заскользили по телу Федора, по плечам спине, груди. Три мягких игривых язычка принялись ласкать мужчину, спускаясь все ниже и ниже, вызвав у него мурлыкающие стоны. Федор нашел руками прибитый к потолку, специально для этой цели, стальной поручень и крепко взялся за него, позволяя трем кошкам играть с его телом, как они хотят сами. Одна из них, обойдя его кругом, принялась ладонями, губами и языком массировать ему спину, а две других, так же нежно, ласкали его грудь и живот.

Федор уже не мог терпеть эту сладкую муку – он поймал за руку одну из женщин и потянул вниз, заставляя ее встать на колени. Других приглашений кошке не потребовалось – от наслаждения Федор взвыл, запрокинув голову на плечо стоящей за ним женщины. Она прижалась к нему всем телом и обвила его руками. Третья кошечка в этот момент ласково покусывала его соски, руками легонько царапая его бока. Такого натиска долго не мог выдержать никто. Федор был подхвачен потоком энергии и этот поток повлек его за собой в высь, разрядившись вихрем огненных всполохов.

Чтобы прийти в себя, Федор включил прохладную воду и встал под упругие струи. Кошки зафыркали и выбрались из кабины. Обтеревшись полотенцами и отжав друг другу волосы, кошечки извлекли расслабившегося Федора из душевой кабины и почти понесли его в огромную спальню.

Спальня Федора была выполнена в нежных золотистых тонах – золотистые обои, огромный камин из желтого ракушечника, золоченые канделябры в человеческий рост. Огромная белая с позолотой кровать под великолепным балдахином из золотого бархата,  застеленная алыми шелковыми простынями. Поверх них лежала шкура огромного белого тигра.

Федор упал на кровать, увлекая за собой своих спутниц. Девицы захихикали.  Подтянув к себе первое попавшееся податливое женское тело, Федор зарылся лицом в мягкие груди,  прижался к нежной и жаркой коже. Кошка прижалась к нему так, что только кожа мешала им стать единым целым, ногами обвив его поясницу. Нежный язык прошелся по позвоночнику Федора, другой язык начал ласкать затылочную ямку.

Федор встряхнулся и выпустил женщину из объятий, перекатился на спину и усадил красотку на себя сверху. Тотчас же два алых жарких рта впились в его соски. Федор застонал и протянул руки к женщине, сидящей сверху. Но они были отброшены, и Федор сдался на милость победительниц, позволив им дарить себе наслаждение.

Когда и в этот раз чувственный вихрь нахлынул волной и отступил, как волна морского прибоя, Федор пришел в себя, встал с постели и пошел на кухню. Кошки проводили его задумчивыми взглядами.

На кухне Федор открыл две бутылки красного вина, вытащил из холодильника фрукты и конфеты, нашел в шкафчике четыре фужера, загрузил все это на поднос и понес в спальню. Кошки сидели по краям огромной постели, в их позах чувствовалась неуверенность.

- Привет, - сказал Федор, поставив поднос на кровать, - Давайте знакомиться, что ли?

Это были первые его слова, обращенные к кошкам за все время, проведенное в его доме. Кошечки повеселели. Федор разлил по фужерам вино, поставил опустевшую бутылку на пол, уселся на кровать и притянул к себе ближайшую женщину.

- Тебя я помню. Ты – Маал, - он протянул ей фужер.

- Да, повелитель, - улыбнулась женщина.

- Так, - он взял другой фужер и потянулся за следующей, - Ты – Люйр?

Женщина засмеялась и потерлась головой о руку Федора:

- Вы помните… Я поражена…

Он вручил ей фужер и обратился к третьей:

- А вот тебя я вижу впервые.

Женщина покраснела и опустила глаза:

- Я недавно в Петербурге…

- И откуда ты?

- Из Новосибирска…

- Физика?

Женщина кивнула.

- Как тебя зовут?

- Мийр.

Федор протянул ей фужер и взял с подноса последний – для себя.

- Ну что же, выпьем за знакомство… мои кошечки, - он по очереди прикоснулся своим фужером к фужерам женщин.

Женщины засмеялись в унисон и стали пить вино. Федор оторвал себе несколько виноградин и с удовольствием выдавил прозрачную мякоть себе на язык. Маал смотрела на него из под опущенных ресниц. Федор протянул руку и осторожно забрал фужер из руки женщины.

- Угощайтесь, - Федор кивнул двум оставшимся женщинам на поднос и переключил свое внимание на Маал.

Кровать была огромна. Федор и кошка перекатились в другой ее конец и принялись ласкать друг друга. В этот раз мужчина взял на себя инициативу, лаская нежную женскую плоть, выискивая чувствительные точки, находя самые нежные места. Кошка извивалась в его руках, шипя от наслаждения, ее зрачки то расширялись, то сужались, наконец, она завыла на одной протяжной ноте, испытывая невыразимое наслаждение только от прикосновений рук и губ мужчины. Федор дождался, пока схлынут последние волны удовольствия и погрузился в ставшее податливым и необыкновенно мягким тело. 

Он еще три раза ходил за едой и вином, что бы поддержать силы в себе и своих великолепных игрушках, вновь и вновь погружаясь в призрачный океан вожделений и нежных, как шелк, ласк.

Под утро они переместились в джакузи. Женщины ели манго, отрезая от него своими острейшими зубами куски, а Федор, принимая в этой игре живейшие участие, откусывал оранжевую мякоть, выхватывая куски у самого краешка женских губ. Сок капал в пенную воду, на грудь Федора, на белоснежный фаянс ванны. Они наслаждались друг другом в пенных волнах гидромассажа, Федор то вел, то подчинялся, и в этой изысканной муке лица женщин сливались в одно, а вместо него он видел лицо Ирины. 

Проснулся Федор, когда громыхнула пушка Петропавловской крепости. Выбравшись из-под груды совершенно бесчувственных женских тел, он отыскал в шкафу халат, достал какие-то лоскуты для дам и, бросив тряпки на кровать, поплелся на кухню. 

Бросив на сковороду четыре куска мяса, он принялся делать кофе. В ванной снова полилась вода – кошки почуяли запах жареного мяса, но на кухне появится не смели.

- Подъем! – крикнул Федор на всю квартиру, - Кто опоздает, еды не получит!

В тот же момент Маал появилась в дверях:

- Люйр и Мийр в ванной, повелитель. Они сейчас придут…

- Я разве тебе не запрещал так называть меня? – спросил Федор, обернувшись через плечо.

- Это было так давно… Вы могли забыть… Или изменить свое решение.., - Маал подошла к нему вплотную, но прикоснуться не решалась.

- Ты завтра, чем занимаешься? – спросил Федор

- Ничем, - Маал пожала плечами, - Я теперь ничем не занимаюсь.

- Замуж вышла?

- Да.

- Он хорошо с тобой обращается?

- О да! – женщина засмеялась, - Очень! Вот видите, я все-таки права. Не можете же Вы помнить каждую кошку в своей жизни.

- Права? В чем?

- Вы же сами нас познакомили. С мужем.

Федор напряг память, но вспоминалось плохо.

- Не помню, - согласился Федор, - Ну ты хоть довольна?

- Довольна.  

- А почему по улицам шляешься?

- Скучно, - дернула плечиком женщина, - Потом, не все способны разглядеть в кошке женщину.

- Если я приглашу тебя в ресторан? – снова повернулся к ней Федор.

- Кофе! – вскрикнула женщина и Федор, повернувшись к плите, успел снять джезву с огня, - Конечно пойду.

- Отлично, готовь на стол. Куда за тобой подъехать? – женщина назвала адрес.

Завтрак прошел весело – женщины смеялись, болтали глупости, Федор был накормлен в шесть рук, обтерт салфетками, облизан, для верности, еще раз обтерт. Беляев пошел в душ. Когда он вернулся, в эркере было открыто окно, шелковые тряпочки, что носили на себе женщины, лежали на кровати, а в квартире никого не было.

________________________________________________________________

Ровно в пять Федор подъехал к особняку, где теперь жила Маал. Охрана была предупреждена и его пропустили, ничего не спросив. Как только он подъехал к крыльцу, из дверей, во всем своем блеске, вышла прелестница. Она подготовилась к встрече, превратившись в темного ангела в стиле модерн.

Уложенные в хитрую прическу волосы украшало фазанье перышко. На плечи был накинут соболий палантин, что-то великолепно-прозрачное виднелось из-под мехов. В ушах и на груди переливались холодным блеском бриллианты. Федор вышел из машины, поднялся по ступенькам и, взяв Маал за ручку в тончайшей перчатке, поднес к губам.

- Я так рада встрече с вами, Федор Михайлович.., - мурлыкнула кошка, с одобрением окинув его взглядом.

Федор в этот день оделся в смокинг и повязал «бабочку». Что он говорил, завязывая галстук, привело бы в смущение любого портового грузчика.

- Я тоже, - Федор кивнул и, легонько обняв женщину, повел ее к автомобилю. Для посещения ресторана Федор выбрал темно-синий «Ягуар» 1976 года с открытым верхом. Усадив ее на сиденье, захлопнул дверь и уселся за руль, резко рванув с места. Ворота были предусмотрительно открыты и «Ягуар» вылетел на шоссе.

- Ты мне скажи, как тебя зовут? Александра…

- Алексеевна Акимова.

- А! Вспомнил! Так ты за Колькой замужем?

- А Вы знаете в этом городе другого Акимова?

Федор только засмеялся. Приехав в ресторан, Федор помог Александре-Маал выйти из машины и, взяв ее под руку, повел внутрь, бросив ключи парковщику. 

Сняв в гардеробе со своей спутницы меха, Федор залюбовался ее изысканным нарядом. На ней было платье с открытой спиной полночно-синего цвета, исключительно облегающее потрясающую фигуру. Александра повернулась к нему лицом, Федор увидел, что за драгоценности она надела, и улыбнулся. На ней был комплект из бриллиантов и сапфиров, что Федор в свое время подарил ей.

В зале ресторана заказанный столик располагался так, как Федор очень любил – с него было прекрасно виден весь зал, а сам столик незаметно стоял в уголке. Они расположились со всеми возможными удобствами, и Федор предложил даме карту вин.

- Оставь, Федя. Выбирай все сам.

- Хорошо, - кивнул Федор, - повернувшись к официанту спросил, - Шато де Малерэ?

- Сию минуту!

Отложив винную карту, Федор открыл меню, и несколько минут пристально его изучал, затем кивнул официанту:

- Обжаренные на гриле тигровые креветки с дольками авокадо, свежего огурца под бальзамическим дрессингом и соком лайма. Затем – борщ с белыми грибами и черносливом. После него – обжаренные на гриле ломтики свинины с тальятелле, заправленные соусом из грибов шитаки. С ней подать жареный молодой картофель с лесными грибами, домашней сметаной и пряными травами. На десерт – свежую клубнику с мороженым в малиновом соусе. Кажется, все, - Федор ленивым жестом отослал официанта.

- Выбор, конечно, великолепен, - согласилась Александра.

Принесли вино. Александра попробовала и осталась довольна. Вечер пошел так, как планировал Федор – приятно и ни к чему не обязывая ни одну из сторон. Он рассказывал истории, Александра смеялась, затем они пошли танцевать. Вечер удался на славу. Когда Федор усаживал Александру в «Ягуар», ему показалось, что он увидел Ирину, заходящую в ресторан.

Ирина, решившая в тот вечер пойти в ресторан, в их любимый с Кириллом ресторан, увидела, как Федор под руку с прекрасной дамой выходил из холла и усаживал свою спутницу в коллекционный «Ягуар». Она смотрела на это с досадой и огорчением, понимая, что в том, что Федор развлекается с подобными красавицами, есть и ее вина.

В машине Александра спросила:

- К тебе или ко мне?

- Что бы меня Коля придушил твоими чулками? Ко мне, конечно.

В квартире была темень, но Федор не стал включать свет. Они на ощупь прошли в спальню и в тот же миг все свечи в комнате загорелись мягким теплым светом. Маал захлопала в ладоши. 

Федор снял галстук и бросил его на кресло.

- Позволь мне, - Маал подошла к нему вплотную и начала расстегивать на нем рубашку.

- Ну, уж нет, сегодня я все сделаю сам, - ответил Федор и, подхватив кошку на руки, понес к постели.

Платье и шелковое белье скоро оказались на полу, следом полетели рубашка и брюки, и они позабыли обо всем. Федор был неутомим и изобретателен, Маал извивалась в его руках, достигая новых и новых высот наслаждения. Женщине казалось, что большего удовольствия не может быть, но мужчина был неумолим и безжалостен, и они вновь и вновь устремлялись в неведомые никому выси, туда, где их чувства превращались в алые и золотые вихри, а их тела сливались в тугой узел страсти и чувственности.

Федор проснулся от звонка своего мобильника. Маал спала, положив голову на живот Федора, в совершенно кошачьей позе, довольно странной для человеческого тела.

- Слушаю!

- Федор Михайлович! Вас Акимов беспокоит!

Федор ощутил что-то похожее на дискомфорт.

- Слушаю тебя, Коля. Жену обыскался? Все в порядке.

- Слава Богу! А то, сказала, что поедет с тобой в ресторан, я приехал утром, охрана говорит, не вернулась еще!

- Часа в три верну ее тебе. Она еще спит.

- А что случилось-то?! Чего ее оперировал-то?

- Коля. Я про твои болезни не рассказываю никому?

- Я же не никто! Федь, ты только одно слово скажи… Насчет ребенка?

- Да, - ответил Федор, уже не зная, что соврать.

- Что, так серьезно?

- Так, я тебе одно слово сказал? Еще, какие вопросы? Привезу ее тебе, сам разговаривай.

- Да не будет она со мной разговаривать! – взорвался Николай, - Плачет только по ночам! Она думает, я не слышу, что ли?!

Александра открыла глаза и посмотрела на Федора. Тот сделал знак – молчи! Она кивнула и, скользнув с постели, ушла в ванную.

- Коля, ты успокойся. Что ты хочешь от нее?

- Я хочу… Я хочу, что бы она не плакала по ночам, не запиралась в ванной, услышав шорохи за окном, не пряталась ото всех. Я хочу, что бы она была счастлива! Она… такая несчастная… Федор Михайлович… Ты же сам ее привезешь? Сможешь со мной поговорить?

- Конечно смогу, Николай Егорович.

- До встречи.

Федор убрал телефон и пошел искать женщину. Маал расчесывала волосы в ванной.

- Поехали. Коля там уже рвет и мечет.

- Толку-то…

- Тебе с ним плохо?

- Мне с ним… никак. Если бы я была человеком, мне было бы очень хорошо с ним. Он очень добрый. И несчастный.

- У тебя дети есть?

- Есть, конечно. Взрослые. Мне восемь лет уже, - Маал вышла из ванной, Федор поплелся за ней.

- А ребенка ты почему не хочешь ему родить?

- Хочу. Котенка. Ага?

Маал попыталась втиснуться в платье, Федор подошел и ловко натянул синий шелк на великолепную женщину.

- Почему сразу котенка? – рассудительно заметил Федор.

- Потому что у меня от него уже есть четверо котят. Уже взрослые. Два года будет в следующем месяце. 

Маал надела чулки и, вдруг, встав на колени, подползла к Федору и обняла его за ноги:

- Пожалуйста! Не говорите ничего Отцу!

Федор резко нагнулся и поднял рыдающую женщину на ноги:

- Что я не должен говорить отцу!?

- Я его обманула.., - она снова попыталась снова опуститься на колени, но Федор был начеку и не позволил ей этого, крепко схватив ее за предплечья.

- Что ты ему сказала?

Маал зажмурилась и втянула голову в плечи.

- Он не потерпит такого позора… Он их убьет…

- Кто убьет, какой позор?

- Я сказала, что Вы подарили меня Коле…

Федор вздохнул и обнял Маал, она положила голову ему на плечо и прижалась к нему всем телом.

- Глупая кошка! Ты любишь его?

Маал покивала Федору в плечо.

- Вот и хорошо. Ну, я же познакомил вас с Колей. Хорошо, я тебя подарил… А как я тебя подарил-то, я что, твой отец?

- Отец…  Он был рад, что Вы проявили ко мне такой интерес…

- Дурочка! Поехали к Николаю!

 

В особняке у Николая было все готово для парадной встречи гостей. Николай выскочил на крыльцо и, подбежав к машине, помог Александре выйти.

- Здравствуйте, Федор Михайлович! Очень рад вас видеть!

- Я тоже, Николай Егорович, - Федор вышел из автомобиля.

Николай провел Федора в гостиную с большим панорамным окном и увел жену. Через несколько минут появился вновь.

- Федор Михайлович! Я очень рад, что Вы…

- Коль, успокойся. Мы не в Смольном на церемонии.

- Извини, Федь. Я уже совсем ничего не понимаю, с кем говорю, о чем… Пошли к столу.

За столом некоторое время молчали, отдавая дань искусству поваров. Затем Николай сказал:

- Федь, ты не представляешь, как я измучился. Я ее люблю, я все для нее сделаю!

Федор пожал плечами:

- Мы все так легко бросаемся словами… Все… Что такое все? Принять ее, такой как она есть, ты сможешь?

- А какая она?! Что с ней? – Николай привстал на стуле, - Ей кто-то угрожает? Ты только скажи, я…

- Успокойся ты, сядь! – досадливо махнул рукой Федор на бизнесмена, - Как мне сказать это, что бы ты понял...

- Да уж не дурак я! Пойму, как-нибудь!

- Ты в сказки веришь?

- Про тебя кое-что слышал.., - кивнул головой Акимов.

- Да при чем тут я? – поморщился Фёдор, - В сказки...

- Какие, Федь, сказки, когда я своей башке уже не верю. Вот ты, видел говорящих крыс?

Федор приподнял бровь.

- А я вот видел! И был я в тот день трезвый, как стекло!

- Ты веришь в совершенную любовь?

- Это что за хрень такая? – Николай безнадежно махнул рукой, - Два года назад я вообще ни в какую не верил… А вот ее люблю! И ты не поверишь, она меня – тоже.

- Почему не поверю? Она тебя очень любит. И очень боится потерять.

- Она меня не потеряет. Пусть что угодно делает, я ее все равно любить буду.

- Вот и второй раз за наш разговор ты бросил пустое слово. Все для нее сделаешь, все равно будешь любить…

- Это не пустые слова, Федор, - тяжелым и твердым, как камень, тоном, сказал Николай, - Я пустых слов не говорю. Другого кого за такие слова я бы уже с лестницы спустил.

- Если хочешь, я уйду сам, - дернул Федор плечом.

- Я хочу, что бы ты мне помог. Если не ты, мне никто не поможет. Вот скажи, зачем ты ей аборт сегодня сделал?

- Не делал. Эк тебя метнуло, аборт! Я что, гинеколог?

- Она уже один раз сделала. Два года назад. Все так хорошо было, три месяца уже! А она раз, на два дня пропала, потом приехала, лица на ней нет… Чем я ей не угодил, ну не знаю я! Кошек полный дом натащила… Я к ним так привязался… Они все понимают!

- Кошек? – удивился Федор.

- Четырех котят привезла. Слепых еще. Из пипетки их кормила. Как сумасшедшая, не подпускала меня к ним. Шипела! Я думал, просто сдохну. Я их ненавидел, ты не представляешь как! А потом… так привык… Выросли уже, здоровенные такие! Все понимают. И когда настроение у меня плохое, и, когда хорошее… Ты не поверишь, телефон приносят…

Федор усмехнулся, представляя всю глубину невежества Николая. Тот обиделся:

- Не смейся! Правда!

- Да я верю, верю.

Воцарилось молчание.

- Вот что, Коля. Знаю я одно средство, но спасет оно тебя или, наоборот, отравит – я не знаю. Ты можешь проверить себя. Если ты любишь свою жену совершенной любовью, то пройдешь испытание и… у тебя с ней будет много лет счастья, будут дети. Много. А если не пройдешь, то потеряешь и то, что есть сейчас. Три дня тебе на раздумья. И думай ты вот о чем – пути назад не будет.  

С этими словами Федор встал и ушел, оставив Николая сидеть в тяжелых мыслях.

 

 

===========================

 

СТРАНИЦА РЕЖИССЁРА

САЙТ ФИЛЬМА

КАСТИНГ К ФИЛЬМУ

ГАЛЕРЕЯ ВАШИХ РИСУНКОВ

ПРОЧИТАТЬ ОТРЫВКИ ИЗ КНИГИ!

СКАЧАТЬ КНИГУ

 
 
 
 

«Арт-студия МАКОШЬ» © 2006-2013.
Все права защищены. Любое использование материалов сайта допускается только по согласованию с правообладателями.
Дизайн шапки- FUBON,  поддержка сайта - «Арт-студии МАКОШЬ» © 2006-2012